После игры у человека может появиться ясное понимание: он постоянно отказывается от своих желаний, лишь бы никого не расстроить. Он видит, сколько энергии уходит на ожидание одобрения других. Признаёт, что на самом деле хочет другого, хотя до сих пор убеждает себя, что его всё устраивает. На поле это стало настолько очевидным, что жить по-прежнему теперь кажется невозможным.
А потом наступает следующий день. Нужно ответить на сообщение, договориться о выходных, закончить работу, приготовить ужин. Кто-то предлагает свой вариант, и изо рта вылетает знакомое: «Как скажешь». Уже после этих слов вспоминается игра. И вместе с ней приходит разочарование: «Столько увидела, а дома опять то же самое».
Мне кажется, с этого места и стоит начинать разговор о том, что происходит после Лилы. Слишком легко принять ясность, возникшую на игре, за уже состоявшуюся перемену. Но дома человеку предстоит встретиться со всем, что поддерживало прежний способ жить. Со своей усталостью, чужими ожиданиями, страхом обидеть, привычкой соглашаться прежде, чем успел спросить себя. Всё это не исчезает к моменту, когда игра заканчивается.
Почему ясность остаётся на поле
В игре для своего вопроса появляется отдельное время. Можно остановиться, услышать себя, произнести вслух то, чему в обычной жизни не находилось места. Как ведущая, я могу обратить внимание на противоречие, другой игрок может сказать что-то, что неожиданно отзовётся. Когда человек находится в спокойном состоянии, без необходимости одновременно решать несколько срочных задач, он может лучше обдумать свою жизнь.
Дома условия другие. Там желание высказать своё мнение сразу встречается с конкретным человеком. Он может устать, удивиться, не согласиться. И собственное решение тоже получает последствия. Если человек скажет, что не хочет проводить выходные так, как все привыкли, придётся обсудить другой вариант. Если признает, что больше не готов брать всю работу на себя, часть дел, возможно, останется несделанной. У ясности появляется цена, которую на поле можно было только представить.
Вопрос «Почему я опять так поступила?» легко превратить в упрёк себе. А что, если попробовать на него ответить? За согласием может стоять вполне определённый страх: начнётся спор, человека назовут эгоистом, придётся выдерживать чужое недовольство. На игре он мог увидеть своё желание. Теперь ему ещё предстоит узнать, что мешает оставаться с ним в разговоре.
При этом увиденное на поле тоже можно пересматривать. То, что сильно отозвалось во время игры, стоит проверить на своей жизни: «Где это действительно происходит, а где я поспешила с выводом?» Лила не выдаёт обязательных предписаний. После неё не нужно увольняться, расставаться или начинать большой проект только потому, что в какой-то момент это показалось единственно верным выходом.
Особенно осторожно я отношусь к решениям, в которых всё вдруг становится слишком просто: «Я поняла, что мне надо уйти», «Теперь я никому ничего не должна». За ними может быть важное узнавание. Но между ним и поступком есть место для размышления, разговора, оценки своих возможностей. Можно заметить, что в отношениях тесно, и сначала попробовать сказать, чего именно в них не хватает.
Где увиденное встречается с жизнью
Чтобы вернуться к игре, необязательно восстанавливать весь её ход. Можно выбрать одно наблюдение, которое до сих пор волнует, и вспомнить, в какой ситуации оно узнаётся. «Я не слышу себя» звучит широко. А вот «Когда меня спрашивают о планах на вечер, я сначала пытаюсь угадать, а чего хочет другой» уже про совершенно конкретную историю.
И тогда можно попробовать изменить к ней подход. В следующий раз взять время на ответ. Сказать: «Я пока не решила, давай вернусь к этому через полчаса». За эту паузу не требуется найти идеальное желание и уверенно его предъявить. Достаточно выяснить, есть ли у человека собственный вариант.
Шаг может начаться и после того, как привычное согласие уже прозвучало. «Я ответила слишком быстро. На самом деле мне хочется по-другому». Для человека, который привык считать любой свой ответ окончательным обязательством, возможность вернуться к разговору сама по себе бывает существенной переменой.
Здесь хорошо видно, сколько всего скрывается в словах «начать выбирать себя». Нужно заметить собственное желание, подобрать слова, произнести их, услышать ответ. Потом, возможно, обсудить разницу между желаниями. А ещё выдержать своё смущение и не начать немедленно извиняться за то, что вообще чего-то захотелось. На каждый из этих моментов может понадобиться время.
Если попытаться сделать всё сразу, первая трудность легко покажется доказательством: «У меня не получается». Поэтому полезно понимать, что именно человек сейчас пробует. Например, сегодня он хочет сказать, какой вариант ему подходит. Другой человек может предпочесть иной. Им ещё предстоит договориться, но своё предпочтение он уже внёс в этот разговор.
Такой шаг человек может сделать сам. Добиться, чтобы близкий никогда не сердился на его отказ, гораздо труднее: чужие чувства ему не подчиняются. И если выбирать успех только по чужой реакции, собственное движение можно совсем не заметить. Человек сказал спокойнее, не стал оправдываться полчаса, предложил другой вариант. Собеседник остался недоволен. Это неприятно, но сделанное от этого не исчезает.
Бывает и другой результат: человек согласился, хотя успел почувствовать, что не хочет. Пока ему оказалось слишком трудно сказать об этом. Здесь тоже есть материал для продолжения. Можно спросить себя: «Чего я ожидала? В какой момент решила промолчать? Нужны ли мне другие слова, больше времени, поддержка?» Ответы помогут выбрать следующий шаг точнее, чем привычное «опять ничего не смогла».
Чтобы понимание не осталось на полке
У человека может быть уже целая полка разных пониманий. Он знает, что умеет, видит одни и те же истории, может подробно рассказать, где от себя отказывается. На этой полке лежат записи игр, заметки после встреч, упражнения, которые когда-то помогли. Всё это ценно. Но со временем простое возвращение к записям начинает заменять попытку сделать что-то из того, что в них написано.
Можно годами думать о том, чтобы вести группы, и каждый раз находить новое оправдание, почему ещё рано. Можно говорить, что нужен отдых, и ждать дня, когда все дела закончатся. Видеть свой потенциал приятно: в голове уже всё получается, человек умеет, создаёт, говорит. А первая реальная попытка получается скромной, неловкой, совсем не такой убедительной, как представлялось.
Потенциал на полке остаётся свободным от этой неловкости. Пока человек только собирается, никто не увидел, как он начинает. Не пришлось ставить цену, получать отказ, переделывать неудачное. Ожидание тоже имеет свою притягательность. Это стоит заметить, не спеша объявлять себя ленивой или трусливой.
И всё же не каждое отложенное действие значит бегство. Человек может болеть, восстанавливаться, заботиться о близком, не иметь сейчас денег или времени для задуманного. И желание после внимательного рассмотрения может измениться. Полезно различать два состояния: «Я выбираю подождать и понимаю, к чему вернусь позже» или «Я каждый раз обещаю себе начать, когда перестану бояться».
Первый шаг лучше выбирать с учётом той жизни, которая есть сейчас. Если сил мало, большая программа перемен быстро станет ещё одной тяжестью. Можно начать с одного разговора, одного письма, одного свободного вечера. Его размер ничего не говорит о глубине увиденного. Он говорит о том, сколько человек сегодня может сделать. После попытки стоит остановиться. Что случилось после попытки? Что оказалось легче, чем ожидалось, а к чему человек оказался не готов? Может, попросить помощь получилось, но принять помощь трудно. Может, сказать «нет» уже получается, а потом весь вечер человек оправдывает себя. Так у следующего шага появляется смысл. Смысл рождается из опыта.
Для некоторых изменений нужна поддержка. Если каждый разговор о желании заканчивается тем, что человек сдаёт желание ещё до ответа собеседника, можно вместе рассмотреть, что происходит в эти секунды. Если одна попытка отняла все силы, стоит подобрать другую меру. Это работа, в которой не обязательно оставаться одной.
Я не хочу делать обычный день экзаменом, проверяющим, как человек прошёл игру. Усталость, растерянность, возврат к старому ответу тоже случаются. Можно понять важное и ещё какое-то время не суметь поступить иначе. Но даже тогда стоит замечать небольшие различия. Человек может сказать себе: «Раньше я соглашалась и считала, что так и надо. Теперь я слышу свой ответ и понимаю, что хотела сказать другое». С этим уже можно работать.
Увиденное на поле получает продолжение в таких моментах. Когда человек вспоминает о желании посреди разговора. Когда возвращается к слишком быстрому согласию. Он пробует снова, меняет слова, учитывает последствия. Постепенно появляется опыт, на который можно опереться: «Я уже была в этой ситуации и смогла сделать иначе».
После Лилы я могу предложить человеку задать себе один вопрос: «В каком ближайшем разговоре или решении я хочу вспомнить то, что увидела?» Ответ не обязан быть большим. Пусть в ответе будет достаточно ясности, чтобы узнать момент, когда он наступит.
Если после игры ты понимаешь, что хочется изменить, но теряешься перед первым действием, напиши мне. На личной встрече мы можем рассмотреть конкретную ситуацию и выбрать шаг, который ты готова попробовать.
Светлана Савицкая